- Видишь ли, я левиафан - морской змей, который обожает человеческое мясо. Поэтому, сама понимаешь… - Он развёл руками. Таня медленно опустила на стол чашку с недопитым чаем и прошептала:- К-как? В ответ левиафан, который мгновение назад был обыкновенным парнем Лёшей, довольно оскалился. Да уж, с такими острыми зубищами прямо грех кого-нибудь не съесть! Интересно, о чём думал Творец, создавая этого монстра? Кого он хотел впечатлить или напугать? «Ох уж эти боги, вечно как дети малые», - покачала головой Таня, изо всех сил стараясь не впадать в панику. Пускай он хочет её съесть, она сейчас что-нибудь придумает. Стойте. Съесть? Вот ведь чёрт! - Забавные у тебя шуточки, Мироздание, - нервно рассмеялась Таня, от неожиданности - вслух. Левиафан замер, так и не развязав до конца свой синий шарф. «Было бы что слушать!» - чуть не фыркнула Таня, но мысленно поймала саму себя за шкирку и погрозила пальцем: не упускай такой шанс! Вдруг ему понравится, и он отпустит? Или сбежать удастся, прямо как в сказке про Колобка. Левиафан не походил на лисицу, что давало какие-никакие, а всё же шансы: от остальных зверей Колобку удалось улизнуть. Правда, Таня не была юрким Колобком, но чем Мироздание не шутит… - Рассказывай! - потребовал левиафан, разливая по чашкам вторую порцию чая. Таня кивнула, взяла из пакета печенье и стала медленно жевать, оттягивая ужасный момент. Потому что рассказывать и впрямь было нечего: ну кому придётся по вкусу история о детском страхе, который - гляди-ка! - воплотился через пару десятков лет. Левиафан сверлил её взглядом, совершенно позабыв про горячий чай. - Тебе нужно «пожалуйста»? - выдохнул он три печенья спустя. - Хорошо. Расскажи, пожалуйста, об этих шуточках, которые ты упомянула. Мне интересно. Честное слово. Таня едва не подавилась: он сделал такие жалобные глаза, словно всю жизнь был не монстром, а дворовой собакой, отказать которым у нее не получалось ещё со школьных времён. Приходилось делиться бутербродами, тёплыми куртками, кроватями... Ну а сейчас - детскими страхами. - Ладно, - согласилась Таня. Отпила чай и призналась: - Но там нечего рассказывать. Просто в детстве я ужасно боялась, что ночью из ванной вылезет монстр и меня съест. Чёрный такой, скользкий и мокрый, подхлюпает к кровати и укусит за руку. И вдруг - ты, морской острозубый змей. Смешно, не находишь? Левиафан улыбнулся, и хотя это улыбка выглядела всё таким же оскалом, Таня успокоилась: прямо сейчас её никто не съест, можно ещё пожить, подышать, попить чаю. Синий шарф сполз с его шеи, обнажив узор из чёрной чешуи. Она выглядела настолько искусственной, что Таня чуть не потянулась потрогать, но вовремя прикусила губу и мотнула головой. Хотя Таня ничего подобного не думала, ей почему-то стало стыдно. А он продолжил: - Там сплошная темнота и пустота, ни единого лучика света, ни единого внятного звука. Там много таких, как я, - разных морских тварей, которых вы зовёте чудовищами. Они живут во всех слоях, плавают туда-сюда, иногда вылезают на поверхность. Вроде не одиноко - но страшно и темно. - «И над нами - километры воды, и над нами - бьют хвостами киты», - пробормотала Таня. Левиафан вытаращился на неё так, словно услышал божественное откровение, абсолютную истину - или что там надо услышать, чтобы глаза стали круглыми-круглыми, а чашка с чаем едва не полетела на пол из дрожащих рук. - Это… - сглотнул он. - Это удивительно точно. Откуда ты знаешь такое… такие… Казалось, если он сейчас не получит ответ, то сойдёт с ума: швырнёт чашку, схватит Таню за кофту и зарычит: «Откуда?!» Секунду спустя предложение показалось крайне глупым. Но левиафан кивнул, и Таня порадовалась, что как раз сегодня взяла наушники. - Иди сюда. Он пододвинулся, с неким удивлением засунул в уши «пуговки» наушников - и замер, уставившись на скатерть и сцепив пальцы в замок. Таня ещё никогда не видела человека, который бы слушал так внимательно и так… отчаянно, будто проваливаясь в песню, растворяясь в ней. На мгновение показалось, что теперь они - куда больше, чем друзья, чем левиафан и жертва. Почти родственные души, которые столкнула судьба, не иначе. Когда песня закончилась, левиафан поднял голову и тихо попросил: - Можно ещё раз? - Конечно, - кивнула Таня и включила повтор. Он прослушал песню раз десять. За это время Таня успела заново вскипятить чайник, заварить что-то апельсиново-мятное и даже выпить полторы чашки. Таня махнула рукой: не волнуйся, всё в порядке. Видно, музыка и впрямь затронула его до глубины души - если у монстров, конечно, есть душа. Разумеется, она есть. Как иначе-то? Левиафан отвернулся и пробормотал, крепко сжимая чашку: - Мы можем встретиться ещё раз? Например, завтра - если ты не занята, конечно. - И ты меня съешь? - фыркнула Таня. Левиафан улыбнулся - именно улыбнулся, уже безо всякого оскала:- Я, конечно, люблю человеческое мясо. Но, кажется, общаться с людьми куда интереснее, чем их есть. н пододвинулся, с неким удивлением засунул в уши «пуговки» наушников - и замер, уставившись на скатерть и сцепив пальцы в замок. Таня ещё никогда не видела человека, который бы слушал так внимательно и так… отчаянно, будто проваливаясь в песню, растворяясь в ней. На мгновение показалось, что теперь они - куда больше, чем друзья, чем левиафан и жертва. Почти родственные души, которые столкнула судьба, не иначе. Когда песня закончилась, левиафан поднял голову и тихо попросил: - Можно ещё раз? - Конечно, - кивнула Таня и включила повтор. Он прослушал песню раз десять. За это время Таня успела заново вскипятить чайник, заварить что-то апельсиново-мятное и даже выпить полторы чашки. Таня махнула рукой: не волнуйся, всё в порядке. Видно, музыка и впрямь затронула его до глубины души - если у монстров, конечно, есть душа. Разумеется, она есть. Как иначе-то? Левиафан отвернулся и пробормотал, крепко сжимая чашку: - Мы можем встретиться ещё раз? Например, завтра - если ты не занята, конечно. - И ты меня съешь? - фыркнула Таня. Левиафан улыбнулся - именно улыбнулся, уже безо всякого оскала: - Я, конечно, люблю человеческое мясо. Но, кажется, общаться с людьми куда интереснее, чем их есть.
Гросс, нам с Ираном, против всего мира тяжко придётся. А в СБ нас поддержала только Боливия и Куба. Вот, как так может быть? Когда-то был соцлагерь, Варшавский договор и лояльные страны. Сейчас никого нет.
Гросс, нам с Ираном, против всего мира тяжко придётся. А в СБ нас поддержала только Боливия и Куба. Вот, как так может быть? Когда-то был соцлагерь, Варшавский договор и лояльные страны. Сейчас никого нет.
да, Ватсон. легкую жизнь нам не обещают. только вот Ирану ещё круче приходилось не так давно. и выстоял. не говоря уж о КНДР. хотя, там лидер и народ, по-моему, не вполне нормальные.
Гросс, нам с Ираном, против всего мира тяжко придётся. А в СБ нас поддержала только Боливия и Куба. Вот, как так может быть? Когда-то был соцлагерь, Варшавский договор и лояльные страны. Сейчас никого нет.
да, Ватсон. легкую жизнь нам не обещают. только вот Ирану ещё круче приходилось не так давно. и выстоял. не говоря уж о КНДР. хотя, там лидер и народ, по-моему, не вполне нормальные.
Этому КНДР похоже скоро кирдык , сотрут.. народ просто зомбирован страхом о мысли непростой смерти гражданину и всему его роду и знакомым .., наш сталинсий режим там им просто снится... , а лидер в каком уже поколении моазота ещё та.. в плен бы его ...☝️
Гросс, нам с Ираном, против всего мира тяжко придётся. А в СБ нас поддержала только Боливия и Куба. Вот, как так может быть? Когда-то был соцлагерь, Варшавский договор и лояльные страны. Сейчас никого нет.
да, Ватсон. легкую жизнь нам не обещают. только вот Ирану ещё круче приходилось не так давно. и выстоял. не говоря уж о КНДР. хотя, там лидер и народ, по-моему, не вполне нормальные.
Трамп высказался...о возможном военном вторжении в Северную Корею для смены режима.
Начало ХХ века было бурным ростом авиации и моего состояния. Первый аэроплан я купил в 1907 году, это был Фарман-1, буквально за несколько недель до покупки мною, установивший рекорд и пролетевший целых 770 метров. Даже небольшой прыжок в небо на этом неуклюжем летательном аппарате, дал мне понять, что это мой мир. Днем я летал в небесах, а ночами выигрывал бесконечные партии за игорными столами, тратя все выигрыши на покупку все более совершенных самолетов. Спустя десятилетия все изменилось, удача отвернулась, те, кто были близкими стали неблизкими, неизменной осталась только медленно парящая страна над головой. Если предположить, что моя жизнь была карточным домиком, то сейчас этот домик уже разрушен, но пока ни одна карта не коснулась стола. Все замерло в воздухе. Корд 812 мчит меня к аэродрому, в моих поседевших волосах прячется солнечный свет, а над ними пролетают вытянутые облака. Это будет последний полет, которого я так долго ждал.
Иногда во время прогулок по небосклону мне казалось, что вдалеке я вижу девушку, летящую на журавле, но какими бы быстрыми не были мои самолеты, девушка всегда оставалась недосягаемой. Я старел и со временем перестал гоняться за ней, поняв, что это совершенно бесперспективное занятие. В 1928 году в Харбине я одержал очень сложную победу, выиграв ответ на любой мой вопрос. Именно тогда я узнал, что моим видением была небесная дева - Сянь-нюй. На мой следующий вопрос смогу ли я когда-нибудь догнать ее, проигравший усмехнулся, а на остальные вопросы о ней он не ответил.
Я проводил многие часы, купаясь в небесах на своих бипланах и монопланах, и каждый раз, спускаясь из самолета и касаясь земли, ловил себя на мысли, что не хочу сюда возвращаться. При этом несколько раз я слышал далекий звонкий смех, доносящийся с самых высот. Танцуя на крылатых машинах вокруг облаков, я обращал внимание и на земных танцовщиц: с глазами цвета пиковой масти и губами - червонной. Так к бесконечной колоде сменяющих друг друга карт добавилась бесконечная колода красавиц, в которой также был и свой джокер.
Я познакомился с ней в Нью-Йорке, мое внимание привлек ее смех, так поразительно похожий на тот смех с небес. Я никогда не говорил ей об этом сходстве, а когда смотрел в ее голубые глаза, то понимал, что в эту партию не стоит и играть. Негласно считалось, что она лучшая танцовщица, и, благодаря ней, я научился парить по земле. Я знаю, что сегодня встречу ее, и не ошибаюсь. Оставив машину у ангара, я вхожу внутрь него и вижу ее. Она стоит около патефона, затем запускает его, подходит ко мне, и мы сливаемся в танце, занимающим несколько минут, но стоящим доброй половины жизни. А затем я иду вдоль взлетного поля до своего аэроплана.
Воздушный винт вздрагивает и начинает вращаться, сквозь бешено крутящиеся лопасти пролетают мои воспоминания. Самолет разгоняется и взлетает. Я лечу вверх, скоро будет потолок, после которого машина рухнет вниз, но у меня еще есть несколько минут и я смотрю на небосклон. Заметив, что прошло уже слишком много времени, я хочу узнать какая сейчас высота и опускаю взгляд ниже. Но никаких приборов нет, инстинктивно пытаюсь потянуть штурвал на себя, но не могу его схватить, так как его тоже нет. Я смотрю вниз и вижу подо мной бескрайнее лазурное небо. В нем разлетается мой карточный домик: короли, дамы, тузы, «семерки», все они становятся здесь ничего незначащими маленькими бумажками. Сидя на облаке и смотря на уменьшающиеся до едва заметных точек летящие карты я понимаю, что домик, как и, впрочем, вся партия были никудышными. А затем чувствую легкое прикосновение и слышу тот самый смех, но уже за спиной. СК
Гросс, нам с Ираном, против всего мира тяжко придётся. А в СБ нас поддержала только Боливия и Куба. Вот, как так может быть? Когда-то был соцлагерь, Варшавский договор и лояльные страны. Сейчас никого нет.
да, Ватсон. легкую жизнь нам не обещают. только вот Ирану ещё круче приходилось не так давно. и выстоял. не говоря уж о КНДР. хотя, там лидер и народ, по-моему, не вполне нормальные.
нормальный народ...нормальный лидер.... ты к ним сканайся и скажи это
Внимание! Уважаемые посетители сайта mfd.ru, предупреждаем вас о следующем: ОАО Московская Биржа (далее – Биржа) является источником и обладателем всей или части указанной на настоящей странице Биржевой информации. Вы не имеете права без письменного согласия Биржи осуществлять дальнейшее распространение или предоставление Биржевой информации третьим лицам в любом виде и любыми средствами, её трансляцию, демонстрацию или предоставление доступа к такой информации, а также её использование в игровых, учебных и иных системах, предусматривающих предоставление и/или распространение Биржевой информации. Вы также не имеете права без письменного согласия Биржи использовать Биржевую информацию для создания Модифицированной информации предназначенной для дальнейшего предоставления третьим лицам или публичного распространения. Кроме того, вы не имеете права без письменного согласия Биржи использовать Биржевую информацию в своих Non-display системах.