«Часть силы той, что вечно хочет зла и вечно совершает благо»
Ставка ФРС оставлена на прежнем уровне - доллар вниз, цены нефти вверх. Основные волнения по поводу ставки ФРС и данных по запасам и добыче нефти в США позади, а до встречи в Алжире еще остается небольшое время. Здесь еще могут быть сюрпризы, в том числе и потенциально рукотворные. Достаточно вспомнить загадки с выходом как раз перед встречей в Алжире данных о трехнедельной серии суммарно сильного снижения запасов нефти в США.
Предлагаем обсудить выход еще одного параметра, который потенциально тоже может оказывать весьма сильное влияние на динамику нефтяных цен. В последнем месячном обзоре Drilling Productivity Report - динамики разработки сланцевых месторождений в США, выпускаемом EIA, в сентябре появилась новая страница с информацией о количестве незавершенных скважин (Drilled but uncompleted wells -DUC), характеризующих состояние наиболее динамичного сектора нефтедобычи. Это одна из часто упоминаемых, но пока остающихся весьма загадочных цифр сланцевой нефтедобычи.
На рисунке ниже приведена динамика числа незавершенных скважин на четырех крупнейших месторождениях сланцевой нефти в США.
На семи основных месторождениях, на которых добывается 90% сланцевой нефти в США количество незавершенных скважин превышает 5 тысяч штук. Это очень существенное количество. Например, средняя скважина на месторождении Bakken обеспечивает добычу около 100 баррелей в сутки. Если полагать, что в указанных скважинах дебит после их завершения будет составлять тоже в среднем около 100 баррелей в сутки, то ввод в эксплуатацию указанных 5016 незавершенных скважин может обеспечить прибавку в добыче нефти США почти в 0,5 млн. баррелей в сутки, компенсировав тем самым половину произошедшего годового снижения. Особенно впечатляет то, что количество незавершенных скважин в разы превышает месячный ввод в эксплуатацию новых скважин.
С декабря 2015 года число незавершенных скважин стало уменьшаться. Однако на сегодня их количество таково, что если полностью перестать бурить, а вводить в эксплуатацию только незавершенные скважины, то при сегодняшних темпах ввода их в эксплуатацию незавершенных скважин хватит для обеспечения текущих темпов ввода в работу почти на 10 месяцев.
Вот почему незаконченные скважины многие склонны рассматривать важнейшим активом и резервом наряду с уже добытыми и находящимися в хранилищах запасами нефти. Некие резоны в таком рассуждении есть. Действительно, компании уже потратили значительные средства и пробурили эти скважины на месторождениях. (Даже после всей прошедшей оптимизации бурение одной скважины обходится в 6-8 млн. долларов). На многих незавершенных скважинах нефтяники могут провести завершающие процедуры по гидроразрыву пластов (ГРП) и запустить эти скважины в эксплуатацию. В этом смысле, незавершенные скважины для добычи нефти могут быть реальным сокровищем, сопоставимым по важности со стратегическими резервами уже добытой нефти.
Однако все не так просто. Сгруппируем некоторые дилетантские соображения о том, что черт по имени DUC, возможно, не так страшен для стран ОПЕК и нашего рынка, как может показаться на первый взгляд.
Итак, исходным фактом является то, что нефтяные компании предпочитают бурить новые скважины, но не проводить ГРП на уже пробуренных, и незавершенных скважинах. Главный вопрос состоит в том, почему это происходит. Более того, число незавершенных скважин до недавних пор возрастало со временем и происходило это даже при высоких ценах нефти. Наиболее естественно предположить, что это происходило в режиме естественной отбраковки скважин. Сланцевые месторождения в основном разрабатываются методом массового «коврового» бурения. После бурения естественно проводят оценку того, каков будет дебит пробуренной скважины, оценивают себестоимость получаемой из нее нефти. Если оценка себестоимости будет высокой, то такую скважину логично отправить в "незавершенку" до лучших времен. Так что самым простым и естественным предположением является то, что большинство незавершенных скважин являются или сухими или низко дебитными. И потенциально их средний дебит при запуске в эксплуатацию будет существенно более низким, чем даже стареющих действующих скважин.
Кроме того закрытие отработанной или сухой скважины это дорогостоящая процедура цементации ствола, очистки и рекультивации прилегающих земель и т.д. В таком случае компаниям оказывается гораздо выгоднее по бухгалтерии не производить такие затраты, а законсервировать такую скважину и перевести ее в незавершенную. Сохраняя незавершенные сухие и низко дебитные скважины на балансе компании, тем самым избегают появления/увеличения убытков в бухотчетности.
Пробуренные, но не запущенные в эксплуатацию скважины являются для нефтяных компаний массовым недостроем. Такое омертвление капитала не очень обременительно при нулевых процентных ставках и легких кредитах, но станет огромной проблемой, а для некоторых компаний и просто камнем на шее, при предстоящем неизбежном повышении ставки. А пока число DUC как потенциальный добывающий актив, возможно, даже помогает компаниям «надувать щеки» и привлекать средства для рефинансирования.
Как видим дистанция между крайними мнениями:
1. DUC является мощным активом, способным быстро выстрелить новой добычей и
2. DUC является набором полусухих скважин, то есть сомнительным активом компаний - «тяжелым чемоданом без ручки», да еще с хранящимися там скелетами
довольно большая. Реальность находится где-то посредине. Но, скорей всего, приведенная простейшая оценка в 0,5 mb/d новой потенциально добычи от незавершенных скважин является слишком оптимистичной и многократно завышенной.
Но давайте привыкать - даже простые и вроде бы способные к непосредственному влиянию на цены материи вроде объемов запасов в США часто прыгают по не очень объяснимым причинам, что наводит на размышления о возможных манипуляциях. Даже официальные запасы нефти, которые министерство энергетики (EIA) сообщает каждую неделю, в каком-то смысле является закрытым параметром. С его помощь можно воздействовать на цены, ибо какую цифру сообщит Минэнерго США, в такое значение рынку и придется верить. Нормальных независимых оценок запасов не существует в природе (только не вспоминайте API или не ночи помянутых опрошенных Bloomberg или Reuters аналитиков).
В этом смысле обнародованные недавно цифры незавершенных скважин с еще большим основанием можно называть непознаваемой кантовской вещью в себе. У рынка к такой цифре много вопросов, ответов на которые нет. В этом смысле реакция рынка на динамику нового важного параметра остается весьма сдержанной. Как сказал про того же Канта классик устами Воланда: «Ведь говорил я ему тогда за завтраком: "Вы, профессор, воля ваша, что-то нескладно придумали! Оно, может, и умно, но больно непонятно. Над вами потешаться будут"».
Но все же, приведенная цифра огромного парка незавершенных скважин должна внушить мистический страх потенциалом ввода в строй более 5 тысяч скважин. И если даже более прозрачная цифра запасов нефти по предположениям могла использоваться как инструмент воздействия на предстоящее решение стран производителей в Алжире. То цифру DUC использовать в ценовой игре войне просто сам черт велел. Может быть, совершенно неслучайно, данные по незаконченным скважинам (вместе с информацией о значительном снижении запасов) были опубликованы МЭА на пороге встречи нефтепроизводителей в Алжире. Ведь на росте цен странам производителям будет гораздо труднее принимать решения о заморозке добычи.
Другая аналитика